Золушка

UA4KHG 1963 г.
Сегодня копаясь в гараже в куче старых бумаг нашёл эту  QSL карточку, напомнившую о неудачном, как теперь говорят, проекте — попытке создания коллективной любительской радиостанции в Электротехническом институте связи (КЭИС). Это было на первом или на втором курсе моей учёбы. Мне казалось странным, что в профильном вузе, где готовили инженеров радиосвязи и радиовещания, не было своей радиостанции. Об этом я и высказался на факультетском комсомольском собрании. Эту инициативу одобрили, сказали как у Высоцкого » во, мля, прекрасно — ты и защитишь».

Радиолюбителей в институте: я, да Слава Крюков (UA4IX) — мой коллега по команде многоборцев и примкнувший к нам Вася Цветков. Нам выделили комнатушку на третьем этаже, площадью с кухню в хрущевке, без окон, но с дверью; без освещения, но с проходящим через комнатушку электрическим кабелем. В подвале раздобыли колченогий стол, два стула. Врезались в электрокабель, нелегальным путём добыли пару лампочек и розеток. Всё, база есть. Дело за аппаратурой.

В институте есть кафедра радиоприёмных устройств, кафедра радиопередающих устройств, кафедра антенн, оно не нашлось ни приёмника, ни передатчика, ни материалов для антенны. Пришлось мне возбуждать свою старую агентуру в радиоклубе и радиолюбительских кругах. К тому же, я ещё продолжал работать начальником пункта радиоконтроля. Не помню уж как, но мы припёрли в свою комнатушку целый передатчик BC-610E (ей — богу, не вру) и приёмник  BC-312. Когда установили передатчик, выяснилось, что в комнате могут расположиться не более двух человек умеренного телосложения. Терпимо. Если надо, третий под столом подождёт.  Где-то уже глубокой осенью, мы со Славкой вдвоём установили  I.V. Простенько и на вырост.

Начали работать, зазвучала морзянка, в дверь заглядывали любопытные рожи, типа — а чё вы тут делаете? Мало-помалу оперились, уже пошла почта, наработка стран стала заметной. Но проявились личные проблемы. Славка, как более трезвомыслящий и даже женатый, начал постепенно отдаляться. Я, хотя и оставил работу в клубе, заимел хвосты. А публика ограничивалась просто любопытством и интереса к работе на радиостанции не проявляла. Постепенно надвигалась «мерзость запустения» (С).

Остальное уже стёрлось в памяти. А сейчас, глядя на старую карточку, стало грустно и печально.

Добавить комментарий