Лёня вундеркинд

Копаясь в своём архиве, я наткнулся на эту фотографию, сделанную на соревнованиях скоростников по приёму и передаче в 1964 году. Это была пора расцвета радиоспорта во всех его видах. За столом один из участников соревнований, то бишь я, а за моей спиной стоит мальчик лет 10-12. Это Алёша Свинухов, в миру Лёнька, как его звал отец Виктор Алексеевич Свинухов фронтовой радист, участник Сталинградской битвы.

Виктор Алексеевич (UA4IB) был одним из самых активных членов нашего радиоклуба, без которого не проходило ни одно действо в клубе. Добродушный и покладистый мужик с тихим голосом располагал к себе спокойствием и дружелюбным отношением ко всем. И вот однажды в узком кругу , уж не помню при каких обстоятельствах, он с оттенком скрытности упомянул о своём отпрыске, в том смысле, что Лёня уже готовый коротковолновик. Только шибко молодой.

Постепенно стала понятна причина этой стеснительности. Отца распирала гордость за сына, хотелось ввести его в радиолюбительский свет, но при этом возникали вопросы о легальности рождения готового юного коротковолновика уровня мастера спорта. В непорочное зачатие никто бы не поверил. Виктор Алексеевич не напрасно опасался, формально он вполне подходил под закрытие. Как бы там ни было, Лёня получил негласную «крышу» от всех влиятельных людей клуба, став как бы сыном полка. Когда он вошёл в возраст и на законных основаниях получил UW4IF, пришло его время оторваться по полной.

К тому времени я уже был далеко от дома. И когда, спустя лет тридцать, снова встретил его, то не смог узнать без подсказки. Это был давно состоявшийся мужчина, уже переболевший радиолюбительством, но не покинувшим его окончательно.

Алёша Свинухов будущий UW4IF и скоростник наблюдает за работой участника соревнований.

Алёша Свинухов будущий UW4IF и скоростник наблюдает за работой участника соревнований.

Рубрика: Радиоклуб | Добавить комментарий

Миссисипи, Феодосия.

­

1976 г. танкер “Люберцы”.

Осень 1976 г. Идём из Маракайбо Венесуэлы в Батон Руж, штат Луизиана. Погода мерзкая, в Мексиканском заливе кутерьма и до Нового Орлеана остаётся приблизительно сутки. Перед заходом в прибрежную зону нужно сдать все частные и служебные радиограммы, прекратить работу на передачу на КВ с переходом только на СВ и УКВ. Это требование Международного регламента Морской подвижной службы. Обычно мы не очень точно придерживаемся этих правил, иногда приходилось и с рейда попискивать, но, тут как-то очковато. Я впервые в Штатах и в местных порядках не искушён, вдруг повяжут; у них даже на Великих озёрах особые правила. Лучше перебдеть, чем недобдеть.

Расстояние до фатерлянда восемь часовых поясов слышу Новороссийск не выше 3 баллов (по QSA), поэтому про F1 (буквопечатание) нет и речи, только в рукопашную и в условиях цейтнота. Срочные рдо успел сдать на UFN (Новороссийск), обыкновенные отфутболили в неприемлемую очередь. Осталось около полусотни рдо и с ними нужно было кончать до утра. Покопался в своих записях-заначках по вспомогательным советским радиоцентрам, которых даже в расписании ММФ нет, и вспомнил, как в 72 году, по случаю, посетил  маленький радиоцентр в Феодосии. 

В порту нельзя работать на передачу, поэтому я принёс свои рдо в диспетчерскую и заодно заглянул к девушкам на огонёк. На двери надпись РАДИОБЮРО и ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЁН.  Но я же свой. Захожу.

В небольшой комнатушке два рабочих места расположенные впритык навстречу друг другу, на каждом месте два приёмника: СВ и КВ (точно помню «Русалка»  Р-250) и пишущие машинки. На отдельном столе магнитофон и трансмиттер, это, значит,  для погоды и НАВИПов.   Две дамы клацают на машинках, при этом разговаривают, а одна ещё и кефир из бутылки употребляет. Та, что ко мне лицом, кричит чтоб заходил не стеснялся. Вторая, заменив  бланк на машинке, отпивает кефир. Я слышу из её наушников,  что уже кончается заголовок очередной радиограммы, а она кефир тянет.  Ничего спокойно догнала. Ну, думаю, классно девки пляшут. Перекинулись несколькими фразами, и я откланялся. 

Вот о них-то я и вспомнил. Дай, думаю, послушаю. Посидел на их частоте,  слышу работает. Позвал, получил вторую очередь. На других р\ст в первую десятку не входил. Слышимость 2-3 балла. Сижу куру.

Вызывает меня, спрашивает сколько у меня рдо и QTH (местонахождение). Получив мои данные, даёт восклицательный знак, что означает: «Ни хрена себе, сказали мы с Петром Иванычем»,  соглашается на приём. Начал передачу осторожненько, с чувством умеренного подхалимажа, чтобы не спугнуть. Через пару рдо даёт QRQ (быстрее), прибавляю помалу, она опять QRQ. Достигаю  своего предела, после которого могут сбои (с учётом погоды и качки). Говорит сокращай. Начал сокращать слова типа «поздр», «жел», «успх», «цел» и т.п. Так мы с ней ухватили ритм и успешно станцевали этот танец. В общем, гора с плеч, минут за 30 управились. «Да, здравствуют скромные советские труженики эфира!», провозгласил я, и с чувством глубокого удовлетворения, закрыв вахту на 500 кгц, отправился спать.

Проснулся от стрельбы. Пароход идёт на малых оборотах, вибрации почти нет. То есть вокруг тишина, но поблизости стреляют. Мне, конечно, по хрену, но спать же не дают. Поднимаюсь на мостик, там лоцман, мастер, а прочая публика на шлюпочной палубе глазеет по сторонам. Спрашиваю, что за шум. Витя Ланский второй помощник: -так это ковбои нас встречают, как увидели красный флаг, сразу за кольты похватались.

Осмотрелся. По правому борту, как я понял, в полный рост Новый Орлеан с несколькими небоскрёбами, по левому, что-то типа посёлка или дачного массива с низкими домами и сплошными садами. Вот оттуда и слышалась стрельба. Прямо по курсу мост с высокими пролётами, к которому мы и подгребали малым ходом. Вода в реке грязно-коричневая, скорее всего безжизненная, я так думаю. Вот она какая, мисисипа.

Встретились несколько составов барж с буксирами-толкачами, которые выглядели уродами по сравнению с нашими волжскими буксирами. Они похожи на сундуки с двигателями, но, судя по размеру составов барж, обладали большей мощностью и, благодаря меньшим размерам, лучшей маневренностью, чем наши. Чисто речные трудяги, предназначенные только для толкания, без кормовой оснастки для буксировки на канате. Наши буксиры более универсальны, они могут и толкать, и тянуть, а также обладают мореходными качествами. Словом, эти по три рубля, но маленькие, а те по пять, но большииие.

Ну, а кто же стрелял? Да никто. Это садовые хлопушки для отпугивани птиц.

В Батон Руж пришли и сразу к причалу. Уже не помню то ли грузились, то ли выгружались. Потоптался по бережку, но никуда не поехал. Послушал радиолюбительский эфир. Времени на это было мало. Из советских услышал только несколько станций телеграфом из Прибалтики. Через сутки снабдились продуктами и снялись на Кубу. Набрали арбузов и яблок, потом не знали куда их выбросить. Яблоки неописуемой красоты имели неописуемый вкус, не имевший ни кислинки, ни сластинки, ни вообще что-нибудь похожее на наши яблоки. Даже сравнить не с чем. То же с арбузами.  Пришлось снова затариваться в Гаване.

Рубрика: Морские будни | Добавить комментарий

Танкер «ГОРИ»

Упоминание в СМИ о 35-летии атомного тяжёлого крейсера «КИРОВ» напомнили мне некоторых событиях в Средиземном море связанных с этим крейсером в 84 году.

В 82-83 г. я работал на супертанкере «ALMUSTANSYRIAH» под иракским флагом, будучи в командировке в Ираке. По возвращении в родное пароходство, пока был без штатного парохода и меня направили на танкер «Гори», который уходил в Севастополь батрачить у военных в аренде на год.  Работа  «ГОРИ» заключалась в снабжении наших военных кораблей топливом, продуктами, материалами и прочими веществами, которые приходилось закупать за границей.

Военные слонялись в нейтральных водах без права захода в иностранные порты, и мы брали на себя труд оказывать им эти мелкие услуги. У них, конечно, были свои вспомогательные суда, но с таким же бесправием.  Порты снабжения в основном были Палермо в Италии и Сеута в Испании.  Флагманом советской эскадры был атомный тяжелый крейсер «КИРОВ» Северного Флота.  Сюда же, конечно, слетелись и натовские фигоносцы и долбозавры. И вот всё это железо плавало, летало  и грохотало по всему Средиземному морю, а мы,  пригнувшись, шныряли между ними и удовлетворяли их низменные потребности.

Пару раз над нами делали облеты американцы.  Они, конечно, знали чем мы занимаемся и пытались доставить нам особое удовольствие. И им удавалось это жуткое кино, когда самолёт прямо над мачтами причёсывает судно с кормы , потом с носа. Особенно с носа. Видно, как самолёт без звука быстро растёт в размере и как бы сбрасывает на судно свой грохот. При этом лётчик , видимо, включает весь свой пердёж и кажется, что всё вокруг начинает лопаться вдребезги пополам. Каждый раз, после такого злодейства капитан, давал мне шифровку для отправки в Москву. Друг с другом вояки проделывать такие шутки побаивались,  вот и отыгрывались на нас, суки.  Я хорошо понимаю, какие чувства испытывал экипаж американского эсминца, когда совсем недавно наш СУ оглушил их в Чёрном море и вполне допускаю, что многие члены экипажа эсминца захотели списаться в результате полученной душевной травмы и осознания, что жизнь бывает один раз.

А тогда из Новороссийска, мы прямиком последовали в Палермо и загрузились под завязку всякими разностями от топлива до канцелярских принадлежностей.  И тут стали вырисовываться некоторые прелести этой работы, которые делали жизнь более интересной. Никаких тебе соцобязательств и встречных планов, отсутствие стоящих над душой непосредственных начальников каждый день напоминающих о своём существовании, стоянки в портах  почти не ограничивали во времени наши шефы в погонах — за всё уплачено.  Ну а портовые агенты принимали таких покупателей почти с цветами и щедро одаривали презентами.

Снабжение сдавали через вспомогательные суда или при непосредственном контакте.  УКВ связь была запрещена, по крайней мере для нас, поэтому при сближении часто сообщались световым телеграфом. При этом меня дюже напрягали наши штурмана. Читать они могли вдвоём два слова в неделю и то с ошибками, практики у них никакой. Чуть стемнело тащили меня на мост прочитать, что там воинам нужно.  Вначале самому было интересно , потом  стало напрягать и начал им помогать освоиться с семафором, тем более они сами старались. А мне как-то всё равно было — хоть светом, хоть звуком. Передавать, правда, наши могли  с грехом пополам, их понимали. Так,что над моей каютой постоянно кто-то грохотал ключом прожектора- нужда заставила.

Один раз выходили миль за 200 западнее  Гибралтара кого-то бункеровать при очень хреновой погоде и ночью.  При приличном волнении подавали концы корма к корме и работая малым ходом набивали канаты и  шланговались по гибким шлангам.  Работа очень сложная, думаю, что посложнее, чем дозаправка в воздухе. Возможно эта операция была предусмотрена учениями.  Всё обошлось и часа через три разбежались. Через сутки после пролива поворот направо и Сеута, идём туда за снабжением для наших дорогих защитников.

Крейсер «КИРОВ»  встречался несколько раз, но близко не подходили. На то время это корабль производил впечатление. Такой красавец не мог быть хуже кого-то, он был лучшим .

 

Рубрика: От автора | Добавить комментарий

Радист на вахте

Мне выпало удовольствие работать судовым радистом на пике развития телеграфной и телефонной радиосвязи на морском флоте, когда обработка сигналов велась ещё аналоговыми методами в средневолновом и коротковолновом диапазонах радиочастот.

Таким я был на "КУБАНИ"

Таким я был на «КУБАНИ»

С самых первых дней практического применения радио, радиосвязь появилась на морском флоте для обеспечения безопасности мореплавания и охраны человеческой жизни на море. Радио это сообщения о погоде, навигационной обстановке, срочные предупреждения об опасностях для плавания судов, служебная, коммерческая и частная переписка. Все эти функции выполняли радиоспециалисты международной Морской подвижной службы, т. е. мы судовые и береговые радисты.

Что делает на вахте судовой радист? В первую очередь обеспечивает непрерывное прослушивание частоты 500 кгц, на которой передаются сигналы тревоги и бедствия, срочности и безопасности,сообщения о бедствии, а также вызовы судов находящихся в зоне обслуживания береговой радиостанцией. Одновременно на вахте радист занимается обычным радиообменом служебного и частного характера с береговыми радиостанциями своего пароходства и Министерства. Кроме того по расписанию принимает сводки и прогнозы погоды, навигационные предупреждения других ведомств, как от советских, так и от иностранных по ходу рейса. Ну и масса прочих дел.

В зависимости от класса и назначения судна бывают 8-ми, 16-ти часовые или круглосуточные радиовахты в море, которые несут соответственно 1, 2 или 3 радиста. При плавании грузовых судов в ограниченном районе без выхода в океан радиослужбу представляет один человек — начальник радиостанции, при неограниченном дальнем плавании — два человека, т.е. начальник и радиооператор. На пассажирских судах — круглосуточная вахта — три радиооператора. Кроме вахты есть ещё много технических работ по обслуживанию радиооборудования, радиолокационных станций, радионавигационных приборов и системы громкоговорящей связи и оповещения. Скучать не приходилось.

Если бы я умел и сильно захотел, то написал бы толстую книгу про эту профессию и работу. Профессия уже ушла в прошлое, дальнюю коротковолновую радиосвязь заменила спутниковая и сотовая связь. Осталась только любительская радиосвязь, как бронепоезд на запасном пути.

Рубрика: От автора | Добавить комментарий

Средиземное

Август 1978. Май, июнь, июль отгулял отпуск и стравил все выходные и в августе вышел в рейс на своей «Кубани» на Кубу. На обратном пути получили назначение на бункервку  в Альхесирас (Испания),  после чего  предстоят два рейса Искендерун — Лавера.

Испанский порт Альхесирас, вдали на заднем плане о. Гибралтар.

О.Гибралтар. Слева на заднем плане испанский порт Альхесирас.

Альхесирас и Сеута любимые порты для нашего брата. Они и расположены друг против друга, только  первый в Европе, а второй в Африке перед проливом Гибралтар. Там можно находиться сколько угодно и не надоедает. В этот раз мы простояли двое суток в ожидании бункеровки, хорошо расслабились в винном кабачке, где вино наливается прямо из бочки и стоит дешевле пива. Тихая, уютная обстановка. Ну а потом благополучно отправились в Искендерун.
По прибытии направились привычно на швартовку, я привычно приготовился понаблюдать за действом, но с берега сообщают — стоп, ребята, погрузки   не будет.  Кидаюсь в радиорубку и тут же получаю срочную диспетчерскую рдо о следовании под погрузку в Сиди-Керир. Мастер чешет репу — а где этот Сиди-Керир. По- быстрому найти его ни на карте, ни в лоции не смогли. В Новороссийске тоже не знают, говорят: — ишшите,  должон быть.  Возможно в Египте. Говорят, поплавайте пока. Плаваем.
На другой день сообщают — точка погрузки монобуй Сиди-Керир рядом с Искендеруном. Я же говорил, что в самом названии звучит что-то турецкое. Погрузочный монобуй это большая бочка на мёртвом якоре на котором закреплена грузовая арматура. Танкер швартуется носом к бую, из воды извлекают здоровенный шланг и все дела. Это мы много раз проходили в Ливии. Короче, 12 октября снялись на Триест. Там я уже был дважды на «Люберцах». В полночь на 16 октября прибыли в Триест, встали под выгрузку. Немного погуляли по городу, размялись. Здесь сдали часть груза, остальное в Венецию.
Утром поехали. В первый раз я ездил в Венецию два года назад  на автобусе из Равенны, когда плавал на «Люберцах».  Мне эта Венеция вообще не нравится. Да, когда-то это был живой полнокровный город один из центров европейской цивилизации, теперь же старое нагромождение каменных построек на воде с ряжеными гондольерами на каналах, город торгующий своей историей и напоминающий старую коммунальную захламлённую квартиру. Это вот — «ах, ах  в греческом зале, в греческом зале», мне не нравится. И не надо обзываться, это личное, сугубо частное мнение. Правда, в город поехал, купил чайный сервиз, с удовольствием на катере покатался. От гондолы отказался, меня от них тошнит, как от наших таксистов.
Снялись опять на Сиди-Керир. Пришли туда и сходу под пгрузку. На этот раз на Сиракузы и Фьюмичино. В Сиракузах сутки простояли на рейде потом встали к причалу Меллили. Терминал работает очень интесивно, как конвейер — за отходящим танкером сразу ставят следующий. Весь терминал длиной километра два.На берег нас не пустили местные власти. Ко мне пришёл некто чиновник и описал, всю аппаратуру радиосвязи и электрорадионавигации. Через сутки вышли из Сиракуз на Фьюмичино, который находится в получасе езды на автобусе от Рима. На такую поездку мы и рассчитываем.
Выгрузка у монобуя. Пришли вечером, а утром уже были готовы к походу на Рим. Двумя буксирами нас вывезли на берег в Фьюмичино, где нас ждал автобус в Рим. Минут через 40 приехали в Рим и долго блуждали по городу — водитель искал Советское посольство.  В посольстве перкусили, взяли с собой гида — пожилую женщину и отправились на экскурсию.
В начале поехали к собору Святого Петра. Рядом ворота в Ватикан и на посту швейцарский гвардеец похожий на клоуна в черно-жёлтом (или жёлто-чёрном) костюме со шпагой. Два часа провели в Соборе.  Грандиозная вещь, которую описывать нет смысла. Затем были Пантеон, Колизей, площадь Венеции, Аппиева дорога и всё прочее, как в путеводителе.
Что-то начинают приедаться эти трамвайные рейсы по Средиземному морю . Швартовки, погрузки-разгрузки, бункеровки. Чувствуется наша, в смысле нашего тоннажа, востребованность в этом бассейне. Такая работа утомительна для экипажа, как физически, так и морально. Сказывается постоянное напряжение. Теперь вот переключились на Сардинию. Несколько рейсов из Сейхана на Кальяри (Сардиния). Из Новороссийска намекнули, что скоро дадут небольшой перестой в Новороссийске, чтобы почистить пёрышки. и потом отфрахтовка в Occidental Petroleum Co. Это значит год без захода в Союз. Ноябрь, декабрь проболтались в самые шторма между Сейханом и Кальяри и отправились домой на перестой.
Рубрика: Дневник из 20-го века | Добавить комментарий

Типичный рейс на Кубу

и сыро

Март 1978.  После ремонта в Марселе пришли домой в Новороссийск, немного передохнули и погрузились на Кубу. Погода стояла штормовая, комиссия не смогла прибыть на борт для оформления отхода и нас направили для этого в Туапсе. Там было спокойнее на рейд прибыла комиссия, и мы 10 марта благополучно снялись в рейс.

Проливы, Мармара, Эгейское и вот уже потеплело, посветлело и вообще похорошело. В ночь на 19 марта подходим к Гибралтару. Усилилось встречное волнение, к нулю выйдем в океан. Утром уже в Атлантике. Погода отличная, солнечно, небольшая зыбь от норд-веста. 20-го прошли Мадейру.

Идём  под проводкой НИСП (Научно-исследовательское судно погоды) «МУССОН» . По нашей заявке мы ежедневно получаем от него прогноз погоды по маршруту нашего следования и передаём ему фактическое состояние погоды в нашем районе. «Муссон» находится в северной Атлантике, обеспечивает общий прогноз погоды, синоптическую карту и проводку. Кроме «Муссона», преиодически сменяя друг друга, работают и другие НИСП — «Пассат», «Эрнст Кренкель».

Пока всё отлично, понемногу очищаемся от послеремонтного бардака. Севернее Азорских островов, судя по карте погоды, сплошные шторма. Факсимильные карты погоды пока беру от английской станции Northwod, завтра перехожу на американскую Norfolk. С 19 по 21 марта был дежурным судном.

Что такое работа дежурного судна западного направления, ни в сказке сказать, ни пером описать, ни арией Фигаро не воспеть. Это, когда на голове крест- накрест две пары наушников, на пульте управления пара динамиков и все орут, рядом два телетайпа гремят и пишущая машинка на которую принимаешь навигационные предупреждения и в очереди у тебя десяток судов. Описание этой каторжной работы требует отдельного рассказа, стратегического запаса ненормативной лексики и после длительного отдыха.

После двух суток дежурства мы с Юрой с трудом узнаём друг друга и при встрече делаем по два КУ.  25 марта qth 29N 4503W идём при хорошей погоде, становится жарковато. 29 марта вошли в пролив Кайкос, считай уже на Кубе. Погода облачная, жарко и уже третий день молотит кондиционер. В каюте хорошо 20 градусов.

Получили план лихтеровки в бухте Нипе. По порядку: «Федор Полетаев», «Люберцы», «Бородино» и «Хулио Антонио Мелья».

30 марта лоцман на борту, начали дижение в бухту; у входа отираются два буксира для подстраховки. Всё прошло по плану с небольшими шероховатостями — сперва сломался кубинский буксир, а для безопасной швартовки лихтера нужно два буксира, потом ветер более 4 баллов, что тоже не безопасно. По связи всё нормально , blind брал в 2130 (1430 по судовому времени) быстродействием, НАВИПы брал в рукопашную слуховой скоростью из Калининграда-ujy. Ежедневно давали сводку о грузовых операциях в Гавану.

Так простояли две недели. Под занавес съездил на берег купаться, вода 28 градусов воздух столько же и, главное, никаких человеков и тишина. Это второе открытие Кубы для меня.

Крепость при входе в гавань Сант-Яго де Куба

Крепость при входе в гавань Сант-Яго де Куба

Рубрика: Дневник из 20-го века | Добавить комментарий

Windows 10

Когда Microsoft затеяла свои игры с бесплатным обновлением системы до  Windows 10, я как и многие пользователи, отнёсся к этому мероприятию с недоверием  — уж больно подозрительная щедрость для этой компании.  Но напоминалку об обновлении не убрал, решил посмотреть, что говорят об этом и пишут знающие люди.  Как говорят японцы — тарапиза ненада.

Через некоторое время клиент, как говорится, созрел.  Я решил, что ничего не теряю. Первой системой стоит линукс  «MINT-17»,  вторая — Win7 с лицензионным диском ОЕМ, так что в случае неудачи , всё сведётся к переустановке системы.  Да и сам комп — старый ноутбук  Toshiba  L-40 (Intel 1,8 Ghz , RAM 3,0 Gb) будет удобен для сравнения производительности, ибо на новом разницу не почувствуешь. Сохранил всё, что нужно на локальном диске и дал старт на обновление.  Больше прикасаться к аппарату не потребовалось. Я опасался, что загрузчик Grub при выборе системы упадёт, но всё обошлось.

Процесс продолжался ровно три часа.

  • Загрузка Win10,
  • копирование файлов, перезагрузка,
  • подготовка к установке и удаление старой системы,
  • установка компонентов и драйверов, перезагрузка,
  • настройка параметров,
  • окончание, перезагрузка.

Мы обновили Ваш ПК. Все Ваши файлы находятся в прежних расположениях. Мы подготовили несколько новых восхитительных функций.

Действительно, все файлы остались на прежних местах, но рабочий стол заняли пресловутые картинки, которые легко заменяются вручную обычным столом, интерфейс  стал победнее.  Система сама прошла активацию. Да, забыл,  перед  обновлением я удалил на всякий случай антивирусник  Microsoft Security Essential. После обновления попытался его восстановить, но система сообщила этого делать не требуется ,  установлен  штатный «защитник».

Вот и всё.  Вроде ничего не приобрёл, но и ничего не потерял.   В месячный срок можно было откатиться назад к семёрке, но у меня остался зуд.  Дело в том, что эту новую систему можно ещё раз обновить (или обстареть), т.е. вернуть в девственное состояние с нуля. И это не давало мне покоя. При такой операции уничтожается всё и остаётся чистый младенец.  Делается это через функцию восстановления, где предлагается два варианта — возврат в первоначальное состояние с уничтожением всех данных, и восстановление по контрольной точке восстановления.

Поразмыслив над тем, что система всё равно замусорена после всех моих издевательств и уже медленнее шевелит поршнями, решил полностью очиститься, выбрав первый вариант.  В ночь под Старый новый год пошёл на амбразуру.  Через час с копейками получил желаемое. Правда с английским интерфейсом. Даже жалко было топтаться в новенькой системе.  Главная потеря — нет первоначального дистрибутива на носителе, и я полностью зависим от системы. Можно, конечно, делать бэкапы,  следить за состоянием системы и во-время принимать меры. Вряд ли у меня хватит терпения всем этим заниматься. Это был просто эксперимент.  И у меня сложилось хорошее впечатление  о Windows 10.  Да это новая операционная система, хотя и максимально адаптированная к привычкам  пользователей и не сразу видны все её новинки и достоинства.  Разнобой в оценках , наблюдаемый в Сети, постепенно войдёт в конструктивное русло. Уже сейчас на любой вопрос в сети можно найти нужный ответ по Win10.

 

Рубрика: Обмен опытом | Добавить комментарий

Марсель

Февраль 1978.  Год эксплуатации наших новых супертанкеров показал их эффективность. Один пароход заменял пять-шесть средних танкеров. Но силовая установка грешила частыми неисправностями. В главном котле часто прогорали трубки, их приходилось глушить и на время этой процедуры переходить на вспомогательный котёл, при этом приходилось вместо шестнадцати узлов идти на шести.  И эта болезнь, вероятно, была присуща танкерам всей этой серии. Механикам приходилось хреново, но такая у них селяви.

Зимой 1978-го у нас должен быть ремонт в Марселе, а перед ним, в ноябре 77-го отправились из Новороссийска на Кубу с полным грузом. В кубинских портах  со своей фигурой мы не умещаемся, поэтому предстояла лихтеровка груза в бухте Нипе, куда мы и прибыли в ночь под новый 1978 год. Нипе — закрытая бухта с довольно узким входом с небольшим поселением на берегу. Кругом заросли и песчаные пляжи. Тишь и благодать. Встретили новый год и приступили к работе. Лихтеровали  нас «Герои Бреста», «Варшава», «Комсомолец Кубани» и «Людиново». За неделю мы неплохо отдохнули  в отдалении от мирской суеты. Я поплавал с маской нашёл крупную караколу (раковину) и большую звезду.

С окончанием лихтеровки снялись в рейс на  Канары для пополнения бункера. 21 января пришли на Тенерифе в Санта Крус, а вечером уже вышли на Марсель в доковый ремонт.    После прохода Гибралтара погода резко ухудшилась, зима всё-таки. Пришли в Марсель 26 января, встали на якорь на рейде. Но погода настолько испортилась , что пришлось через день отойти в море. Наконец, 30-го вошли в гавань Марселя и встали у зачистной станции для зачистки сливного танка. Потом встали к ремонтному причалу в ожидании освобождения восьмого сухого дока.  2-го февраля зашли в док и осушились. Перед концом операции осушения наблюдали сухую рыбалку докеров. В остатках воды оказалось довольно много крупной рыбы и докеры с азартом её вылавливали руками.  А мы поимели удовольствие лицезреть фигуру нашего парохода в сухом виде. «Ни хрена себе!» — сказали мы с Петром Иванычем, ибо 306 метров длины и 17 м до ватерлинии это впечатляет.

Через пару дней поедем в Канны и Ниццу  с целью погулять — Фирма платит.  В субботу в шесть утра уселись в автобус и покатили в Канны. Дорога отличная бежит среди холмов, погода соответствует. Вдали видны горы со снегом. Скоро мы тоже поднялись, и стало прохладно. Много машин с лыжами на крышах. Ну кому куда, а нам к морю потеплее. После перевала шустро покатились вниз и вскоре въехали в Канны. Решили передохнуть и погулять по набережной возле здания, где проходят кинофестивали. По улице повсюду отели и кабаки, всё и вся безобразно дорого. Людей очень мало — видно не сезон. Поразмялись и поехали дальше. Дорога прижата к морю — слева виллы и кабаки, справа море. Не понятно где город начинается и где кончается.

Выехали в гору на улицу Кеннеди и упёрлись в музей Наполеона и Военно-морского флота Франции. Пошли в музей. Он расположен в каком-то бастионе, каменная стена с бойницами полукруглое здание в три этажа. В музее большая экспозиция по военно-морскому флоту и посвящённая Наполеону. Вещи принадлежавшие лично  императору и членам его семьи, а также маршалам. Посмертная маска императора. Я выразил сожаление, что эту маску с него сняли не в Москве.

Раз уж попали в такое место, то пожелали поехать в музей Пикассо. Однако, к удовольствию большинства, музей художника был закрыт, и мы решили восполнить эту потерю экспромт-пикником на берегу моря. Месье Филипп — наш сопровождающий от фирмы- был тоже не против. Купили на рынке два ящика сухого вина, жареных куриц, овощей, фруктов и расположились табором на прибрежных камнях не доезжая аэропорта Ниццы. Весело и непринуждённо провели пару приятных часов подкрепившись физически и морально.

А, ну где здесь ваша Ницца! Да вот же она, рукой подать. Проехались по Английской набережной. Всё то же — отели и рестораны. Очень много стариков и старух на набережной. Оказывается это их сезон. В иное время года им нет тут покоя, вот и  приезжают зимой.
Далее в программе экскурсии у нас намечено посещение храма русской православной церкви построенной в Ницце на средства матери Николая Второго и Русского легиона во Франции, о чём поведала мемориальная доска при входе в храм. Внутри встречает интеллигентная русская старушка весьма древних лет и провожает по храму. Первый раз попал в церковь, и то за границей.  Церковь действующая. Внутри стоят стулья с фамилиями владельцев. Все русские.  Очень хорошее впечатление от этого посещения, как в старой России побывали. Далее посещали кладбище с могилой и Герцена ещё кого-то. Я сослался на то, что на кладбищах меня укачивает и посидел за воротами.

К вечеру город начал оживать, предстоял карнавал цветов и на улицах становилось тесновато. Чтобы не застрять на ночь, мы продвинулись к морю ближе к дороге. Пешком вернулись к карнавалу. Там уже всё вертелось, кружилось, пело  и плясало.  Попили пива на прощание с Ниццей и уже в ночь уехали в Марсель.
Основной целью ремонта была окраска подводной части корпуса самополирующейся четырехслойнойой краской. Эта процедура предохраняет корпус от обрастания всякой дрянью, которая тормозит движение всё больше и больше по мере обрастания. Стирающаяся краска удаляется вместе с наростом и под ней проявляется следующий слой другого цвета и исчезновение последнего слоя сигнализирует о необходимости новой покраски. Особенно остро проблема очищения корпуса возникает у судов постоянно работающих в тропиках, где каждая ракушка норовит устроиться на постоянное житьё при пароходе.

В ремонте стоять не плохо, но не долго. Через месяц становится невмоготу. Полу-работа , полу-безделье. Конечно, просто стоять и пить прохладительные напитки, гуляя в белых штанах, каждый не против, но,  когда ходишь среди бардака, спотыкаясь о шланги, ходишь по нужде в док, а вокруг грохот и вонь, это напрягнает.  Хочется простого человеческого норд-оста в 3-4 балла и сна в чистой каюте. А пока, раз или два в неделю поездка в автобусе до площади Сталинграда, прогулка, кино, и опять трудовые будни. Но всё когда-то кончается, даже ремонт. 26 февраля вышли из Марселя на фатерлянд.

Рубрика: Дневник из 20-го века | Добавить комментарий

«Кубань»

img020В октябре 1976 года получил назначение на танкер «Кубань» на должность начальника судовой радиостанции. На попутном танкере «Будапешт» отправился из Новороссийска в Ливию, где пересел на, теперь уже свой, пароход. Он стоял в Зуетине под погрузкой с назначением на Багамские острова. В моём распоряжении были:  коротковолновые передатчики «БРИГ», «КОРВЕТ» и среневолновый передатчик «МУССОН»; приёмники «ШТИЛЬ», «ШТОРМ-3″,»ШТОРМ-1»; аварийные АПСТБ и АСП-4 , два телетайпных аппарата Т-53.Аппаратура современная, однако по надёжности уступает старой. Передатчик «Муссон» отказывается работать после приличного шторма. Из-за засоленных изоляторов резко падает сопротивление антенны и защита вырубает передатчик. На ламповых передатчиках нажатием на ключ можно было прожечь засоленный слой, хотя бы, на время. Приёмники, имея стабильные гетеродины, хорошо держат частоту, но конструктивно не надёжны из-за обилия механических реле и переключателей. Антенны с очень низким кпд и боятся влаги!!! Придётся прикладывать руки, чтобы улучшить положение.

Пароход работает во фрахте  компании Occidental по перевозке ливийской нефти на острова Карибского бассейна. Идём во Фрипорт на остров Большая Багама. (Багама, Багама-мама, мы идем к тебе из Ливии, Багама).

В середине ноября 76-го притопали во Фрипорт, привезли 145.000 тонн нефти, встали на рейде в ожидании выгрузки. Второй уехал на берег погулять, а я решил заняться уголковой КВ антенной — что-то она хреново себя показала. Эта антенна самое дурацкое сооружение на пароходе, хотя с претензией на удачный дизайн. На снимке видно две конические трубы под углом 90 градусов, венчающие  мачту. Это и есть симметричный широкополосный диполь , слегка напоминающий диполь Надененко. Он запитан по симметричной линии 150 ом от согласующего устройства находящегося на площадке  ниже. Вот это СУ и представляло для меня интерес. Вход в мачту (она внутри полая со скоб-трапом) с крыши мостка, всё очень удобно. Наверху ( от воды примерно 50 метров) раскрепился на площадке и занялся вскрытием СУ. Внутри оказался согласующий — симметрирующий  трансформатор намотанный сверху и изнутри пластмассового цилиндра диаметром около 150 мм. Внутренняя и внешняя обмотки имеют встречную резьбу намотки, к центральным отводам подключен коаксиальный фидер от передатчика. Всё это устройство оказалось в непотребном виде — заржавлено, засолено, загажено, поэтому пришлось демонтировать на процедуры.

Перед спуском меня зачем-то понесло прогуляться по правому вибратору антенны. Оба вибратора представляют из себя цельнометаллическую конструкцию. А в это время изменилось направление ветра, и весь букет газов из трубы настиг меня на середине вибратора. Ветер был слабый и пароход, стоящий на якоре, как коза на колышке, не успел повернуться по ветру. Газы из трубы не только вонючие, но и горячие. С моей стороны это мероприятие было во всех отношениях уникальной дуростью. Хорошо хоть монтажный пояс взял.  Замотал майкой голову, кое-как расклинился и стал ждать. К счастью ветер менял направление довольно быстро, и я не потерял сознания.  Башка трещала, как с похмелья и есть не мог почти сутки, но красное вино помогло.

Рубрика: Дневник из 20-го века | Добавить комментарий

Многоборье

KONICA MINOLTA DIGITAL CAMERA

Наша команда: нижний ряд справа налево- Ходыкин В., Любаев Н, Никулин В.


В марте 62-го, когда я вернулся из армии спустя 3,5 года, в клубе меня ждало много новостей.  Да и сам клуб был уже  на новом месте в Доме сельского хозяйства и руководил им уже не Кантария, а Вася, пардон,  Василий Григорьевич Трачук. Он поведал мне о том, что в природе появился новый вид радиоспорта — Многоборье радистов и наша команда стала первым Чемпионом РСФСР по этому самому многоборью. И, что из всех команд только в нашей была единственная девушка — Ира Лындина. Эта пикантная подробность веселила всю спортивную общественность многоборцев.

Впрочем, всё это Ира уже мне рассказывала перед уходом из спорта. Короче говоря, нужно восполнить потерю бойца. В программу многоборья входили три дисциплины: прием и передача,  работа в радиосети и кросс 5 км с грузом 12 кг.  Вот эти 12 кг мне сразу как-то не понравились. Состав команды — Никулин Виктор, Любаев Николай и я, грешный.  Областные соревнования  могли внести коррективы в состав команды, но пока они не просматривались.

Во всех последующих соревнованиях чётко выявилось наше основное преимущество — работа в радиосети.  Мы неизменно занимали первую строчку в таблице, по приему и передаче тоже в верхней части,  а вот кросс … Коля Любаев в верхней части, Никулин где-то в середине, а я в очень нижней середине.  Коля парень весьма габаритный, после него в лесу вообще просека оставалась. Мы с Витькой примерно равной комплекции, но он потомственный крестьянин и 12 кг груза не считал обузой. Я же, при росте 168 см и 65 кг живого веса,  не мог  считать справедливым таскание дурацкого мешка с песком в 12 кг наравне с амбалами. Да и в лесу я себя чувствовал партизаном в окружении.

Как бы то ни было, но все выездные соревнования мы выигрывали, предстоял итог — РСФСР.  К этому времени все областные команды уравнялись и в основном решили свои проблемы, но в работе в радиосети по-прежнему доминировали мы. Но многоборье на то и многоборье, чтобы все дисциплины были на высоте. Мы понимали, что кросс не по силам. Кроме того ушел Любаев, его заменил Слава Крюков, и он ещё не притёрся.

Время прошлое, но должен признаться у меня был ещё один комплекс  связанный с кроссом. И смех и грех. В общем, я боялся коров! Никому не говорил, но теперь признаюсь, я не мог преодолеть страх перед коровами, и они, курвы это понимали.   Редкие соревнования  проходили без встречи с коровами, мирно пасущимися на просторах нашей Родины, и редко кто из участников их замечал. Но не я. Если недалеко от кросса  паслись коровы, я обязательно выскакивал на них. Две-три коровы поднимали головы, переставали жевать и, издевательски помахивая хвостами, принимались рассматривать меня, как быки тореадора.

Мне приходилось обегать стадо, снова ориентироваться, терять массу времени.  Наконец, сколь веревочке не виться… Это было в Оренбурге. В финале, как обычно, я из лесу выскочил  и обомлел — это было не стадо, а демонстрация! Ширина поляны метров сто , но и рогатых передо мной штук тридцать. Побежал в обход в низину, но и там они проклятые. Когда вышел на прежнее место, понял , что в контрольное время не уложусь.  На финише стал разуваться — в кедах кровь , на ногах волдыри. Не долго музыка играла. Произошло это в 63-м или 64-м году/

P.S. На фото: первенство РСФСР 1962 г.нижний ряд справа — Ходыкин В., Любаев Н., Никулин В. Сидят на призах (тестерах ТТ-1)

Рубрика: Радиоклуб | Добавить комментарий